22.03.2022

СУМЕЮТ ЛИ РОССИЙСКИЕ ШВЕЙНИКИ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ НОВЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ

 

rgПроизводственники шутят: легкая промышленность России несколько десятилетий жила не благодаря, а вопреки. Не секрет, что большая часть одежды, продававшейся в торговых центрах, магазинах, на рынках была отшита где-то далеко. О том, что будут носить россияне, привыкшие к одежде зарубежных марок массового потребления, а также о состоянии нашей швейной отрасли корреспондент "РГ" беседует с председателем совета кластера легкой промышленности Орловской области Павлом Чельтером.

 

Не секрет, что легкая промышленность никогда не была сильной стороной российской экономики. Два года назад, когда в Орле создавался кластер "Легпром 57", какие были к этому предпосылки и какие ставились цели?

 

Павел Чельтер: Да, приходилось слышать мнение, что проблем с одеждой в стране нет: все ввозилось из-за рубежа по приемлемым ценам. Из чего следовал вывод, что мы не нужны. И тем не менее российские производители в целом и орловские в частности продолжали придумывать что-то, кроить, шить и продавать. Довольно успешно, к слову. Первые шаги к кластеру орловские швейные компании сделали еще в 2014 году, но тогда не было совместных проектов, которые связали бы резидентов и дали качественный продукт. В последующие годы мы такие проекты смогли реализовать. Было две схемы работы. Например, большие заказы, которые мы делили на несколько предприятий и отшивали. Или заказ, в котором каждое предприятие делало свою часть задания. Так к концу 2019 года пришли к созданию объединения.

 

В Орловской области традиционно не было предприятий по производству тканей. Были только швейные фабрики "Радуга" и "Восход", вязальная фабрика "Ромашка" и "Гамма", которая делала носки. Три из них канули в лету. А что сегодня?

 

Павел Чельтер: Сейчас легпром в Орловской области представлен швейными и вязальными предприятиями, а также продолжает жить и развиваться фабрика "Гамма" с носочно-чулочными изделиями. В кластер входит более 30 предприятий, но это только половина реально работающих компаний. Среди наших резидентов есть очень крупные производители, отгружающие тысячи единиц товара, продающие свои вещи по всей России и в ближнем зарубежье. А есть и небольшие уникальные проекты для узкой аудитории или для какого-то определенного сегмента.

 

По специализации орловские предприятия делятся на контрактные производства (шьющие на заказ по заданию клиента) и создающие собственные бренды (эксклюзивные коллекции). Но это условное деление, поскольку контрактники часто имеют свои марки одежды, которые активно продвигают, а бренды зачастую не имеют производства и отшивают свои модели на аутсорсе. Наши контрактные фабрики известны далеко за пределами области, заказы приходят из самых разных регионов, от известных брендов, от организаций. Все фабрики оснащены современным оборудованием, у многих есть свои конструкторские отделы - сами делают выкройки, лекала.

 

Как вы оцениваете потенциал орловских швейных предприятий в деле импортозамещения?

 

Павел Чельтер: Оцениваю высоко. Мы уже больше двух недель общаемся с коллегами не только в орловском кластере, но и по всей стране и сходимся на том, что сегодня открываются новые возможности. Наконец-то наш легпром оказался востребован. Много лет предприятия России шьют вещи, за которые не стыдно. У нас есть понимание, как выглядит модная одежда и как ее сделать. Годы пандемии открыли возможности торговать через маркетплейсы: Wildberries, OZON и другие. Рынок интернет-торговли растет и будет расти, потому что это удобно и выгодно всем: и продавцам, и покупателям. Думаю, мы сможем насытить рынок продукцией достойного качества и не по заоблачным ценам.

 

Производители могут вполне успешно реализовывать товары на маркетплейсах, минуя посредников

Каким образом? Ведь, по оценкам экспертов, российский легпром на 70-80 процентов зависит от импорта тканей, фурнитуры, ниток и оборудования.

 

Павел Чельтер: Да, то, что в стране практически нет производства полотна, - это плохо. В последние годы акцент делался на изготовлении нетканых материалов и организации замкнутого цикла производства льняных тканей. Уцелели некоторые производства трикотажных полотен, где-то даже открылись фабрики. Но тут есть нюанс: текстильная отрасль тесно связана с химической - из-за окрашивания, нужны особые условия взаимодействия, защита экологии, целая база. Поэтому инвесторам было проще заходить в регионы, где традиционно что-то уже было. Как, например, в Курской области, где работает трикотажная фабрика и где открылось турецкое предприятие, делающее трикотажное полотно. Конечно, этого мало для того, чтобы обеспечить потребности российских производителей одежды. Но надо понимать, где закупались ткани до этого момента. В сегменте VIP модельеры и бренды использовали ткани из Италии, Испании, Португалии, Германии. Вот здесь сейчас будут проблемы. Возможно, придется делать закупки через посредников, что еще повысит цену сырья. Но это проблемы небольшого процента обеспеченных людей относительно скромно живущего большинства. А одежду для обычных людей отшивали из турецких, корейских, китайских, узбекских и киргизских материалов. Нитки были и есть свои. Вязальные предприятия - во всяком случае, те, с кем мы знакомы лично, - работали с турецкой и белорусской пряжей. Все это никуда не исчезает. Есть привязка и к курсу доллара, с этим нельзя поспорить. Но если дорожает только ткань, мы можем предсказать рост цен на конечное изделие от 10 до 30, максимум до 50 процентов. Я говорю о цене производителей, разумеется.

 

То есть перекупщики накрутят еще сверху?

Люксовые марки одежды, парфюмерии и аксессуаров уходят с рынка - кто остается?

 

Павел Чельтер: Не исключено. Но в то же время с массовым уходом торговли в онлайн мы понимаем, что производители сейчас могут вполне успешно реализовывать товары на маркетплейсах, минуя посреднические звенья. Цены здесь станут выставляться самостоятельно и будут адекватными.

 

А как обстоят дела с оборудованием? Швейными машинами, оверлоками, деталями к ним?

 

Павел Чельтер: Львиная доля швейного оборудования российских предприятий сделана в Китае. Поэтому и тут нет повода для паники. Есть зависимость от конструкторского программного обеспечения. Самая популярная у конструкторов одежды программа имеет немецкое происхождение. Однако есть и российские приложения - может быть, они сейчас не так популярны, но их время приходит. Это ниша и для наших айтишников: заместить, предложить лучшее программное обеспечение для раскроя, построения лекал, расчета материалов.

 

А что с кадрами? Региональные производители одежды жалуются на то, что швей не хватает.

 

Павел Чельтер: Это действительно самый острый вопрос. Швейное производство - сложный ручной труд, который вряд ли когда-то будет полностью автоматизирован. Профессия стремительно стареет: молодежь не интересуют специальности, где нужно работать руками. Есть много способов заработать больше с меньшими трудозатратами. Мы проводили год назад большую стратегическую встречу, на которой пытались дойти до сути проблемы тотального дефицита кадров в отрасли. Хотели собрать на своей площадке все стороны, участвующие в процессе: работников, работодателей, соцслужбы, представителей департамента экономического развития региона, образовательные организации. Пришли все, а особенно много было руководителей собственных производств. Они рассказывали об условиях работы, о перспективах роста для швей. Не было только никого от техникумов, где этих швей учат. Отношение красноречивее слов. Ну и мы тоже можем сказать, что качество образования там нас не устраивает. И горькая правда в том, что в Орловской области на сегодняшний день лучшая школа швей - это колонии, где осужденные учатся шить и шьют постоянно.

 

Сколько сейчас в среднем зарабатывает швея на орловских швейных производствах?

 

Павел Чельтер: 30-40 тысяч в месяц, если хорошо работает, а то и больше. Из техникумов сразу на такую зарплату не приходят: не та квалификация. Но постепенно достигнуть таких сумм реально.

 

Может ли кластер легкой промышленности как-то повлиять на состояние рынка труда для швейных производств?

 

Павел Чельтер: Нам бы очень хотелось создать совместную площадку, где были бы цеха от разных предприятий. Где швеи могли бы в одном месте попробовать разные условия работы, где можно было бы на месте реализовывать совместные проекты. Хотелось бы, чтобы руководители цехов учились и активнее развивались как предприниматели, мыслили стратегически: сейчас самое время.

 

Какие меры, на ваш взгляд, может принять государство, чтобы дать импульс отрасли легкой промышленности?

 

Павел Чельтер: Нужно вкладываться в собственные текстильные мощности, создавать и возрождать производство тканей. Этого не смогут сделать сами предприниматели - тут важны роль государства, понимание важности самообеспечения в этой сфере. Пока же мы пользуемся импортными тканями, хотелось бы обойти скачки курса доллара. Не знаю, есть ли такая возможность, но, если бы можно было покупать китайские ткани без привязки к американской валюте, это бы весьма положительно отразилось на конечной стоимости одежды для россиян. Замечено, что в последние недели в интернет-магазинах товар с пометкой "Сделано в России" сразу вырывается вперед по продажам. Возможно, именно сейчас пришло время для нашей творческой и целеустремленной молодежи, которая сможет создать и продвинуть новые российские бренды.

 

Все материалы >>

 

Адрес: г.Москва, ул.Малая Семеновская, д.3 
Схема проезда
Тел: +7 495 280 1548, Факс: +7 495 280 1085
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
Портал о текстильной и легкой промышленности России
2022 © СОЮЗЛЕГПРОМ.  При использовании материалов прямая ссылка на источник обязательна.
Создание сайта - АйТи-Стандарт